Вверх страницы
Вниз страницы

CR

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » CR » X FILES » Remedial Chaos Theory


Remedial Chaos Theory

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

REMEDIAL CHAOS THEORY
https://68.media.tumblr.com/67bc1293166c76feb4d4377c08c50116/tumblr_msg82vtYz21sps5sko2_500.gif
2/06/2016, день, одна ну очень нехорошая квартира
Янош, Дейзи, Дороти


Этот парень всего-то хотел грабануть квартирку по-быстрому.  Кто ж знал, что это обернётся чередой таких совпадений, что заставит теорию вероятности биться в агонии?


Ни один временной континуум разрушен не был.
Возможно появление персонажа, не указанного в списке.
Название эпизода - отсылка к Той Самой серии Сообщества, о да.

+2

2

- Алло. Пиццерия?
Камера, мотор, съемка в рапиде, звучит увертюра из «Сороки-воровки»; вёрткая рука шарит по ящику комода, неспешно, но раздражительно выворачивая бумажные потроха, шуршит бессчетными отчётностями и квитками, в бессильном гневе на мгновение сжимается в кулак. Закрывает первый ящик, открывает второй.
- Да, хотел бы оформить заказ. Девушка, побыстрее, пожалуйста.
Там колонной выстроились немногочисленные бойцы домашней аптечки. На страже здоровья. Владелец загребущих рук сердито захлопывает створку, отходит к окну, нервно покачиваясь с пятки на носок.
- С ананасами. «Гавайи», неважно, мне без разницы. Уайт-Плейнс-Роуд, эээ, вроде 385. Тридцать восьмая. Всё. Досвидули.
Палец упрямо тыкает на кнопку отбоя. Юноша откидывает упавшие на лоб пряди каштанового оттенка, упрямо фыркает. В нём, на первый взгляд, полно энтузиазма и вместе с тем сердитости.
Кто этот человек, хотите спросить вы, что только что нервно выкидывал из нутра секретера шуршащие счета, одновременно с этим заказывая сытно покушать по телефону? Что он делает, может, потерял паспорт или второй носок?
Well.
Придется начать сначала.
Выключите камеру, пригасите свет.

Приятно познакомиться, Янош. Сквернословит и пьёт, всё что горит.
Когда не мается хернёй – взламывает замки, выносит кассы, крадёт кошельки.
Наводку на квартиру дал один дружок. Дружок-пирожок, которого Янош теперь стремился уничтожить силой мысли. «Поднимешь больше, чем сможешь унести, братан». «На полгода безбедной жизни хватит, свалишь из этого трейлера вонючего».
Хрен там плавал.
На вскрытие дверцы у Деметра ушёл добрый час, при этом дважды приходилось сворачивать лавочку, отходить в подъезд, и изображать блаженного дурачка, изучающего почтовые ящики – и всё равно прохожие косились с лестничного пролёта максимально подозрительно.
Тем, у кого в дверь встроена сложная система перемычек, чувствительная не то что к ключу – к тональности твоего голоса, действительно есть что скрывать, думает себе цыган, прикладываясь ухом к замку, одновременно с этим пытаясь подцепить самой тоненькой отмычкой тайный шпиндель.
Бесцельный скрежет сменяется услаждающим слух «ka-chunk», Янош впервые за последние три минуты выдыхает, представляя себе горы злата внутри.

И представьте себе его огорчение!
Когда внутренности квартиры оказались аскетичным пространством, явно заточенным под одинокого бобыля. Нет, сначала было даже интересно – взломщик побродил по коридорам, потрогал  (в перчатках разумеется, не дурак какой) одеколон на зеркале в ванной, нарисовал пеной для бритья на зеркале примитивное изображение гениталий, полежал на кровати, воображая себя вице-премьером.
Но и только-то – никаких тебе золотых цацок, любовно разложенных по коробочкам, ни стопки налички, ни сраных ключей от машины, ничего такого в открытом доступе; предельный минимализм повсюду, включая холодильник и подковёрное пространство. Серьёзно, из еды на полках не оказалось ничего – только какой-то рыбный паштет с отвратительным аммиачным запахом и надписью «Hákarl».
В ящике кухонного стола лежат идеально заточенные ножи. Нигде ни пылинки. Репродукции картин,  эпоха классицизма. Таких людей Деметр чуствовал интуитивно, знал, но не любил. Что-то дьявольское есть в каждом перфекционисте.
В шкафу обнаружилась коллекция костюмов – Янош понюхал отвороты пиджаков, потёр ткань между пальцев; на вид и по ощущению вещички были очень дорогими, но попробуй в одной сумке вынести двенадцать штук. Да и где их продавать? На барахолке? «Подходи, торопись, покупай Армани да Кензо»? Смешная шутка.
Впрочем, один пиджачок своего размера шатен всё же укладывает на дно баула.

После блужданий по квартире Янош заостряет своё внимание на личном кабинете – всё-таки, разумный педант будет все яйца хранить в одной корзинке, не разбрасываясь документами по всей жилплощади.
Там заперто, но шутка ли – после замка на входной двери эту элементарную защёлку можно выломать даже ножницами. И вот здесь уже начинают вырисовываться перспективы, помимо найденных визиток Барнардского колледжа.
«Ларс Хёйм, преподаватель истории искусств» - читает на квадратике бумаги цыган, мысленно рисуя себе образ хозяина квартиры; скандинав, одинок, с придурью, франт, сноб, гладко выбрит и воняет одеколоном «Xerius».

К нашим баранам. Из интересного:
- На рабочем столе стоит ноутбук, это раз.
- А в низеньком секретере Деметр обнаруживает плоский кейс, больше похожий на сундук. Это два.
Заперт на тот самый замок из кинематографа – который нужно осторожно вращать, прижавшись ухом к плоскости и набирая нужную комбинацию на делениях цифр. Тройной. Это уже совсем не похоже на учителя-гуманитария.
Чтоб вы понимали – на взлом одинарного может уйти неделя бесперерывного подбора; возможны шестьдесят четыре тысячи комбинаций. А тут сразу три встроенных колёсика. Сто девяносто две тысячи пощёлкиваний, не отвлекаясь на обед и ужин. При мысли об ужине у вора печально гудит в животе.
И вот отчего-то шатен железно уверен в том, что именно здесь лежит клад – что угодно, включая наличку по тысяче долларов в купюре и бриллиантовое колье; именно такие перспективы рисует перед ним его несколько жадная до китча фантазия, тем более что затраченные усилия должны компенсироваться соразмерно.
Сначала стоит поискать вероятное местонахождение пароля поблизости – то, что вы видели ранее, яростное шебуршение в бумажках в поисках блокнота, записульки, или чего-нибудь, что отдалённо похоже на код. Заказ покушать – желудок у молодого организма совсем взбунтовался в процессе поисков, да и если что-то останется, то послужит намёком; хозяин, оставляй что-нибудь съедобное для честных домушников.

Ранее убранный в сумку ноутбук снова достаётся, устраивается на коленках; цифровая же эпоха, стукает себя Янош по лбу ладошкой, вполне возможно, что волшебная цифирь где-то на рабочем столе в секретном файлике.
И тут засада; для того, чтобы найти пароль к кейсу, предъявите пароль для входа в систему.
«123» - вводит шатен.
«Неверно указан пароль» - отвечает операционка.
«qwerty» - терпение Деметра истончается с каждой деталью этого сраного паззла.
«Неверно указан пароль».
«ларс1», «хёйм99», «фидо», «саймонговорит» - всё неверно, всё не туда; после седьмой попытки угрожают блокировкой, и горе-взломщик понимает, что без ещё одного звоночка не обойтись.
- Алло, «Эл-кью-эй»? Компьютерный сервис? Да-да, знаете, у меня тут проблема, сможете оформить выезд на дом? Младшая сестра сменила код доступа к аккаунту, вы знаете, эти дети сейчас слишком умные. Сможете помочь? Да, Уайт-Плейнс-Роуд, 385. Тридцать восемь. Пожалуйста, поскорее, у меня крайне важный отчёт горит!
Положив трубку, Деметр устало трёт лицо перчатками, закуривает прямо в комнате; уже не трагично. Хуже уже не будет.
У него совершенно нет даже предположений касательно того, во сколько будет дома этот преподаватель. Шатен подходит к окну, поддергивает раму; вроде невысоко, если прыгать – не разобьёшься.

+4

3

Едва только Дейзи по-хозяйски устроилась на двух сиденьях сразу, открыла коробку с девятью свежайшими пончиками, покрытыми разноцветной глазурью и посыпанными марципаном, шоколадной крошкой и даже кусочками банана (глаза Дейзи тут же озарились маниакальным блеском, и ей пришлось сглотнуть слюну), как рация, зашипев, ожила:
— Плам, ты там?
Плам недоверчиво глянула на шипящее орудие и запихнула в рот сразу половину пончика:
— Мм-мм, — это означало «нет».
До конца рабочего дня оставались считанные часы. Ну что такое, ну пончики же!
— Заказик совсем крошечный, справишься за полчаса. От тебя — пятнадцать минут ходу.

Дейзи ленью обычно не страдает, да и вообще стремится быть впереди планеты всей — помочь страждущему, защитить обделённого, подарить кусок любви недолюбленному, но сегодня… Сегодня что-то подсказывало ей, что эти «полчаса» затянутся на целую вечность.
Она нехотя пробурчала «так и быть, давай адрес», хотя работа в мегакорпорации, поджавшей под себя добрую часть Большого Яблока и оккупировавшую ваши ноутбуки, телевизоры и уже вовсю тянущуюся к телефонам, не то, чтобы подразумевала варианты «да» и «нет» в беседах с диспетчером. Просто Фрэнк, так звали парня по ту сторону рации, каким-то совершенно магическим образом оставался чутким и внимательным к каждому из работников, поздравлял с Днём Рождения, Международным Женским Днём, Рождеством и даже именинами, и никогда не забывал о том, как правильно общаться с каждым из сотни его подопечных.
Дейзи любила, когда ей обещали, что работа будет быстрая и непыльная. А ещё она любила пончики, быструю езду и игнорирование светофоров.
Когда полицейский выписывал ей штраф, Дейзи абсолютно отчаянно и с выражением крайней скорби на лице дожёвывала последний пончик, размышляя о том, какова вероятность, что после этого инцидента её уж точно отошлют на четыре стороны.
Но Дейзи в компании любили, ценили, и часто делали поблажки, Дейзи это знала, разленилась, обнаглела, и получила по заслугам. А спускаться с небес на землю совсем не так вкусно, как пончики.
— Клянусь, это было совершенно случайно! — Ворчала она в рацию, поднимаясь по лестнице. Лифт не работал, идти далеко — что ещё нужно для прекрасного дня?
Она вслушалась в торопливый говор из динамика, помолчала, поправила очки, хмыкнула и бросила:
— Нет, я не ела пончики.
И тут же, пожурив себя за ложь, добавила:
— Я доедала последний, и это никогда не мешало мне прекрасно обращаться с машиной! Между авариями и пончиками нет никакой, совершенно никакой корреляции! Хочешь, я составлю тебе подробную диаграмму со статистикой? Хочешь? А я составлю! И докажу!
За разглагольствованиями о правах пончиков и женщин с пончиками Дейзи не заметила, как чуть было не пропустила этаж, и поэтому ей пришлось спускаться с лесенки вниз.
Да, Плам, это определённо не твой день.

Стоя перед дверью, Дейзи понятия не имела, что ожидает её там, внутри. Она мысленно понадеялась, что хозяин этой квартиры не будет совсем уж эксцентричным — например, не хранит головы в холодильнике или консервирует человеческие ногти. А то нью-йоркцы, знаете ли, всякие бывают. На этот случай в верхнем кармане её комбинезона всегда был припрятан компактный баллончик со слезоточивым газом.
Дверь открылась, в лицо программистке ударил свет, свежесть и весь блеск тех, кто на отметке «средний класс» стоит значительно выше, чем она сама с её братом. Затем, проморгавшись, Дейзи разглядела товарища, который, мягко говоря, окружающему интерьеру соответствовал не то, что бы.
— Добрый день, меня зовут Дейзи и я помогу вам исправить все ваши проблемы! — широко улыбнувшись, протараторила она прямо в лицо потрёпанному хозяину, сжимая в одной руке — рацию, в другой — чемоданчик.
Она сделала широкий шаг внутрь и осмотрелась ещё раз.
— Ну, и где наш пациент?

+4

4

- Сдачи не надо.
Немолодой мужчина в майке и пляжных шортах расплылся в кривой улыбке, протягивая десятку. За его спиной облезлый рыжий кот жадным взглядом пожирал полупустую черную сумку с логотипом пиццерии. Усатое существо словно вот-вот собиралось прыгнуть вперед – навстречу запаху колбасы, поливинилхлориду и настороженно косящейся на него Дороти. Та, кивнув, забрала купюру, про себя отметив, что сдачи особо-то и нет.
- А вы сами любите итальянскую кухню? – не унимался разговорчивый заказчик. – Может, останетесь поесть со мной?
Улыбка все никак не желала сходить с его лица. Фишер поспешно выудила из гипнотизирующей кота сумки еще теплую коробку и с самым доброжелательным выражением лица сунула ее в руки клиента.
- Вот ваша пицца… Благодарю за такое заманчивое предложение, но не в этот раз. Мой рабочий день пока что даже не думает подходить к концу, - вообще-то, правдой это не являлось. В сегодняшнем списке дел оставался лишь один заказ, после которого можно было смело ехать домой. Увы, мистеру Серая Майка знать об этом не стоило. – Распишитесь вот здесь.
Сверху на коробку улеглись фирменная ручка и свидетельство о получении заказа. Мужчина быстро чирканул в углу листка свою роспись.
- Что ж, тогда в другой раз, - Дороти забрала бумагу у продолжающего излучать оптимизм человека и сделала шаг назад на лестничную площадку.
- Непременно. Удачного вам дня.

Оказавшись на улице, Дотти облегченно выдохнула. Так, последний заказ. Больше никаких пицц на сегодня – только уютная квартира, апельсиновый сок и вечер в компании приставки и Данте, режущего в капусту монстров. Наконец-то. Она пробежалась глазами по строчкам с адресом последнего клиента. Уайт-Плейнс-Роуд, 385. Всего в нескольких домах отсюда. Через десять минут ее смена официально закончится. Стоп, подождите, что? “Гавайская”? Фишер шокировано уставилась на наименование в колонке предмета доставки. Нет, ничего против ананасов она не имела, вы не подумайте. Но вот факт того, что девушка только что вручила эту самую пиццу эксцентричному кошатнику, наводил на нехорошие мысли.
И правда, стоило ей только заглянуть в сумку, как она обнаружила там одиноко скучающую “Маргариту”. Мысленно Дороти уже проклинала мистера Серую Майку, не удосужившегося проверить заказ и теперь наверняка поедавшего чужой ананасовый ланч. Никакого смысла возвращаться и объяснять ситуацию не было, равно как и желания у неудачливой доставщицы это делать. Оставалось только надеяться, что последний клиент либо окажется таким же невнимательным, либо согласится взять что предлагают. В крайнем случае оформит отказ, если у него вдруг обнаружится аллергия на томаты.
Определенно, веских причин для возвращения у Дотти не было.

Подбадривая себя аргументами в пользу того, что все точно будет хорошо, она настойчиво тыкала пальцем в никак не желавшую реагировать кнопку лифта. Ну и ладно. Не очень-то и нужен этот лифт, решила Дороти, направляясь к лестнице. Жил клиент не на втором и даже не на третьем этаже, но Фишер была так увлечена попытками придумать побольше аргументов, почему “Маргарита” намного лучше “Гавайской”, что ей было не до сетований на судьбу. А добравшись до нужного этажа, она вдруг захотела, чтобы лестница была намного, намного длиннее.
- Выше нос, веселее, все будет хорошо. Скорее всего, он совсем ничего не заметит, - бормотала Дотти, стоя напротив тридцать восьмой квартиры. Трелль звонка настойчиво разносилась по помещению, от которого ее отделяла всего одна дверь. – Открывайте, это доставка пиццы!
“Пиццы, которую никто не заказывал и не ждет. Очень вкусной пиццы, рядом с которой даже близко не стояла никакая “Гавайская”. И кстати, ананасы с колбасой – это просто извращение, так и знайте”.

Отредактировано Dorothy Fisher (12-03-2017 21:48:49)

+4

5

Несмотря на близившийся вечер и теоретические пробки, работник ЭВМ-сервиса подъехал just in time – Яношу даже не пришлось нервничать по поводу потраченного времени.
Первой прибыла компьютерная неотложка – и слава богу, это сейчас казалось более приоритетной задачей, нежели набить пузо.
Сколько энтузиазма в одном человеке, думает Ян, за считанные секунды собирая информацию о персоне посредством резкого втягивания воздуха.
Чувствуются недавно съеденные пончики (желудок опять гневно стукается в диафрагму, прося питательных калорий и поживее), пахнет электронными платами и обивкой салона машины, чем-то шерстяным, очень домашним, и – тут Деметр на мгновение щурится, подозрительно обжигая взглядом улыбашку-кудряшку – семейством canidae. Неявственно, но точно.
Ладно, нет времени на разборы полётов. Может быть, дамочка просто до усрачки любит собак.
- Ларс Хёйм. – Завирает цыган с милой улыбкой, аккуратно пожимая ладошку с рацией, отводя цыгарку в сторону, чтоб не дымило на гостью. – Пойдёмте, покажу, в чём проблема.
Он прикрывает дверь ногой, оставляет наплечный баул у порога, дабы не вызывать лишних подозрений.

- Вот, видите? Совсем не хочет пускать. Я не знаю, может, надо настройки сбросить?
Шатен усаживает мадам за рабочий стол, оставляет её наедине с ноутбуком. Сам осторожно приближается к кейсу с не пойми чем, поворачивает бегунки, те недружелюбно пощёлкивают. Ну нахрен, сейчас допрыгается, заблокирует замки и надо будет вызывать мастера уже по взлому сейфов  – а результат нужен уже сейчас.
В обозримые полчаса.
Спросите, как Янош собирается расплатиться за услуги мастера и доставку пиццы?
А никак!
Налички в его дырявых карманах отродясь не водилось, банковскую карточку он себе не оформлял, и сейчас вся его надежда была на то, что в чёрном ящике ровными рядами рафасованы пачки долларов. Сможет забрать себе большую часть, отдать причитающееся мисс Дейзи, заплатить курьеру, и сладко спать, наконец.

В дверь звонят, Деметр закусывает губу, про себя шипя «калейрас сатеш»; невовремя, чёрт.
Если бы минут на двадцать позже…
Он уже плетется учтиво открывать дверь.
- День добрый, - взгляд чёрных очей пробегается по бейджику на фирменной футболке – Дороти. Спасибо, вы как раз ко времени.
Янош забирает пахнущую тёплым картоном и восхитительным вкусным сыром коробку, с трудом сглатывает ком слюны в горле.
Неловкая пауза, во время которой полагается шуршать долларами. С вас 14,59. Надо что-нибудь придумать, чтобы рыжая развозчица отцепилась.
- Я, эээ… оформлял оплату по безналичному. Эм, терминалу, да. Уже оплатил. Лицевой счёт номер семьдесят восемь три ноль ноль один, карточка постоянного клиента. Золотая между прочим. Вам не сообщали?
Антраксовый взор бесстыжего застывает напротив орехово-зеленых глаз. Янош мысленно зовёт своего равнодушного божка удачи максимально громко. В крайнем случае можно попробовать захлопнуть дверь перед носом.

+4

6

— О, какое имя! — ещё больше оживляется Плам, пытаясь меж делом понять, что это за аромат промелькнул прямо перед её носом и тут же сбился папиросной вонью. — У вас, видно, скандинавы… — сбивается, потому что парниша этот похож на норда в последнюю очередь, — в предках?
Но, кто знает, что у них там в Европе с генофондом?
Дейзи пикирует на диванчик и понимающе качает головой, принимаясь разглядывать ноутбук. Модель недешёвая, и программистка со стажем точно знает, что под этим тонким корпусом скрывается махина, могущая дать фору внушительным коробкам системных блоков.
— Знаете, — Дейзи задумчиво почёсывает подбородок, — я могу откатить систему, и вы введёте свой пароль…
Она поднимает голову и видит, что хозяина дома уже и след простыл — в дверь раздаётся звонок. Дейзи вздыхает — она привыкла, что владельцы ноутбуков наседками воркуют возле неё, покуда мастерица чинит, переустанавливает, прошивает и всё такое. А там и разговор, глядишь, заводится, и сердобольная хозяюшка приносит чаю со сластями…
— Хорошо, тогда откачу, — заключает мисс Плам, поводя плечами.
Ничего сложного. Ей совершенно не нужно знать пароль, чтобы сделать небольшой откат. Информация остаётся конфиденциальной — между владельцем и ноутбуком. Процесс занимает минут двадцать, но — Дейзи уверенно качает головой — с этой рычащей малышкой, стоящей перед нею, они закончат и за десять.
В нос ударяет запах пиццы. Даже сокрытой под упаковкой. Желудок, набитый пончиками, всё равно требует ещё. Дейзи фыркает (совсем по-собачьи), прогоняя назойливый запах, закатывает глаза и откидывается на диванчик, мысленно вещая самой себе, что уже совсем скоро она явится домой — и уж тогда съест всё, что ей заблагорассудится. Иногда быть взрослым и самостоятельным человеком на удивление здорово!
Коротая время, разглядывает квартирку. Здесь всё совсем не так, как в её уютном потрёпанном доме — вещи на своих местах, чисто, светло. Она переводит взгляд на Ларса — и снова пробегает по окружающей обстановке. Может, этот парень — художник? Они любят одеваться простецки, но в их домах обычно всё очень зализано. Как-то раз она чистила от вирусов компьютер одного из таких. Но у того по стенам были развешаны предметы современного искусства — а тут…
Ноутбук издаёт звук, деликатно уведомляющий о завершении отката, и не даёт додумать мысль.
— Эй! Кажется, всё! Можете ввести свой пароль! — вопит Дейзи, потягиваясь.

+4

7

Отворившаяся дверь представила взору стоявшей на пороге Дороти довольно неплохие апартаменты. Особенно выгодно они отличались от места, из которого курьер сбежала буквально десять минут назад. Даже в прихожей все вещи лежали на своих местах. Не было ни намека на в спешке брошенную на тумбочку куртку или небрежно скинутую на ближайшую поверхность мебели газету. Котов здесь тоже не было. Жилище самого настоящего перфекциониста.
Коего вышедший за пиццей парень не напоминал ни разу.
Впрочем, у всех свои странности, а главной заботой Дотти сейчас была необходимость впарить ему эту чертову “Маргариту” без единого кусочка ананаса. Итак, внимание, дорогие телезрители! Мастер-класс по заговариванию зубов клиенту – здесь и сейчас в прямом эфире.
И вот Фишер уже тараторит полное энтузиазма приветствие, отдает заказчику чужую коробку, напряженно ожидает, что он вот-вот заглянет под крышку и закатит скандал. Так что рыжая быстро называет сумму, чтобы отвлечь его от этого, несомненно, бессмысленного занятия. Кажется, все обходится. По крайней мере, пицца молодого человека сейчас беспокоит в последнюю очередь.
- Постойте? Вы сказали, оплата через терминал? Но у нас нет системы безналичного расчета. Наша компания еще не настолько продвинутая, - девушка шутливо усмехается, полагая, что это у парня юмор такой. К слову, немного специфический.
На всякий случай она все-таки едва заметно перемещается чуть ближе к дверному косяку. Исключительно в целях удобства, что вы.
- И уж тем более у нас нет никаких золотых карточек, - продолжает болтать она, не выпуская из поля зрения опасную коробку с пиццей. – Вы хоть видели наш так называемый ресторан?  Лучше действительно заказывайте доставку.
Дороти заговорщицки подмигивает и окончательно облокачивается о дверной косяк в ожидании оплаты.
Откуда-то из глубин квартиры доносится женский голос. Что-то о пароле. Похоже, пришла Дотти все-таки не совсем вовремя.
- Я вас не отвлекаю? Если у вас какие-то срочные дела, то могу подождать в гостиной. С пиццей. Но за ее сохранность не отвечаю, - Фишер продолжает весело улыбаться и разряжать атмосферу. Которая, определенно, сильно испортится, если владелец шикарной квартирки решит проверить правильность принесенного заказа.
В руках у нее уже привычная бумажка с ручкой, сама Дороти все еще ждет оплаты. Мысли о том, что этот добропорядочный… эм, кто он по национальности?.. джентльмен сможет ее кинуть, девушка даже не допускает. Ну, разве что небольшое такое опасение живет у нее где-то в глубинах головы, прислоненной к прохладному металлическому косяку.

Отредактировано Dorothy Fisher (14-03-2017 19:53:40)

+4

8

Персональный Иисус, приподнимая подол хитона, показывает Яношу – Ларсу, то бишь – задницу со своих миниатюрных облачков. Нет у них никаких золотых аккаунтов, дебил, чего несёшь?
Тем не менее, предложение подождать одновременно звучит как проклятие и как подачка со стола Фортуны. Пока разберутся с неподатливой учёткой, он откроет таинственный чемодан – и рассчитается со всеми по порядку.
Ну, это в перфекте.
В ответ на сентенцию о возможной несохранности продукта Деметр приоткрывает коробку, с абсолютно невозмутимым видом берет два куска – для себя и компьютерной мастерицы. Не сводя глаз с Дороти, первый фрагмент кулинарного гения он начинает хомячить сам, кивая головой в сторону гостиной;
- Проходите, устраивайтесь. Сейчас со всем разберемся, я звякну в ваш офис и спрошу, почему они дурят честных людей. Дверь прикройте только.
Кто бы говорил насчёт честности, да? Шатен задвигает ногой сумку подальше за створку.
Только по дороге назад, на оклик Дейзи, он понимает, что что-то с пиццей не то.
Деметр смотрит на кусок – там нет ничего, кроме сырной корочки и томатного соуса. Одинокий листочек базилика. Вот же блядь.
Его природная невезучесть как бы намекает, влажно придыхая на ухо; go vegan, дурак.
Всё равно жрать хочется так жутко, что воришка съедает маргаритный треугольничек в два счёта, предусмотрительно смыв чадящий окурок в унитаз. Сейчас даже не до возмущений.

- Так, теперь я могу ввести любой пароль или же тот, что я использовал раньше?
Растерянность цыгана совсем не наиграна; молча вручив съедобный кусок мисс Я-Всё-Ща-Починю, он утыкается взглядом в неприветливый экран с графой ввода пропуска.
Он на мгновение забирает ноутбук, заботливо берет его на руки, как младенца под жопку, делает вид, что он крайне рассеянный, альтернативно одарённый тип, и не может вспомнить даже такую малость. Мы, художники, жужжим как пчёлки, все в делах, нам не до таких мелочей, знаете ли.
Думай, думай, какой сим-сим мог приспособить для своей пещеры сокровищ владелец.
Он же скандинав, Норвегия-Исландия, одноглазые грозные боги и молоты, почему бы не?...
Тем более что гуманитарные науки…
Янош артистически хмурит брови, настукивает по клавишам перчаточным пальцем.
«Valghalla».
Где-то над ухом гомерически хохочет цыганская кочевая звезда; «Неверно указан пароль».
В глазах у цыгана темнеет, в висках стучит от прилившей крови. Он дёргает серёжку в ухе, жмурится от отчаяния, пёсий рык рвётся из его гортани. Должен, должен, должен быть какой-то выход. Нельзя откатывать систему ещё дальше; может потеряться необходимый файлик. Ян решает даже не скрывать собственное разочарование, вручая ноутбук назад Дейзи на руки;
- Совсем не хочет. Вы можете как-то в обход верификации зайти?
Обзови кретином, только ничего не заподозри – можно прочитать в почти что умоляющем взгляде Деметра.
- Разумеется, я возмещу все убытки за сверхурочную работу.
Он снабжает свои слова самой харизматичной улыбкой, на которую способен был вообще; чаюри обыкновенно таяли, как масло на горячем тосте от такой яркой симпатии. Не дожидаясь согласия, он сжимает ручку волшебнице биоса, невербально говоря: вы моя последняя надежда, мисс. Мне-очень-нужен-этот-чёртов-ноут.
- Ещё пиццы хотите?
Не дожидаясь ответа, он бочком-бочком скользит в прихожую, назад к очаровательной Дороти. И оставленному баулу, куда он на всякий случай сваливает все ножи из кухонного ящика стола. Потом перепродаст.
Взятый с собой увесистый кейс он старается запихнуть в сумку – не подходит по длине, и от отчаяния Ян просто ставит его одним углом в нутро переноски. Если соберется делать ноги – просто прихватит его с собой.

- Вы, между прочим, ещё и не тот заказ привезли. – Как бы между делом замечает Янош, облокачиваясь плечом на дверной косяк, лицом к девушке-курьеру.
- Но, вы знаете, это совершенно не играет роли, все мои деньги заперты вон в том дурацком ящике, который я не могу открыть без ноутбука, который тоже заблокирован. Вот такой вот оксюморон.
Деметр невесело усмехается, подходит ближе, усаживается рядом. Пригласительным жестом берет ещё один кусок.
- У вас восхитительно вкусная пицца. Мои комплименты шеф-повару. Если вы подождёте ещё буквально десять минут, тогда мы с вами окончательно рассчитаемся и расстанемся, я надеюсь, друзьями. Чаю, может быть?
Дамский угодник; ни секунды без того, чтобы приврать или же произвести впечатление. Он театральным жестом откидывает волосы со лба, совершенно растерянно улыбается, вызывая жалость к себе. Девушка, похоже, именно из таких, сердечно-участливых, которым ещё не бесконечно поебать на окружающих, и цыган собирается надавить на все рычаги управления, которыми располагает.
- Дороти. Прекрасное имя. Мою матушку, царствие ей небесное, звали так же.
Ян показательно пригорюнивается, но всего на минуточку.
- Я Яно… Ларс. Ларс Хейм, свободный художник, фокусник, рассеянный дурачок по выходным.

+4

9

Пицца всё-таки попадает в руки Дейзи, так же неожиданно и вкусно, как и пончик, проглоченный в минуту, когда она заметила, что её тормозит полиция. Не то, чтобы Плам не ладила с полицией — даже наоборот, знает парочку копов, славные ребята, правда, в компах не шарят, но это лирика. Другое дело — мерзенькое ощущение подпорченной репутации не отпускает.
Но нехорошие воспоминания быстро затмеваются сыром и тестом (немного пережаренным, тесто суховатое, ну да ладно). Сыр Дейзи любит, поэтому она почти начинает ощущать себя полностью победившей череду неудач этого вечера, как тут.
— Как же так, как же так… — качает головой Дейзи, принимая ноутбук обратно. Она бросает пару коротких взглядов на парня, что сидит рядом с нею, уплетает пиццу и обещает осыпать её деньгами за сверхурочную. Это должно, вроде как, быть в самом деле неплохим завершением дня, разве нет?
Но червячок сомнения начинает шевелиться где-то в груди. Дейзи кивает:
— Да-да, сейчас мы посмотрим, что можно сделать. И спасибо за пиццу, — широко и даже на удивление искренне улыбается, — то, что надо, вот правда. А чаю у вас нет?
Ловит взглядом рыженькую курьершу, что мнётся и, кажется, страдает за грехи всех программисток прямо сейчас, Дейзи даже становится её немного жаль. Сама знает, какими клиенты бывают. А этот — Ларс, Ларс, — вроде как понимающий, но.
Вот оно. Командная строка открыта, мигают числа, символы, недоступные для понимания обывателю, но заставившие нервные окончания Дейзи вздыбиться. Она глубоко вдыхает, прикрывает глаза (совсем незаметно), задерживает дыхание.
Кто этот парень, что сидит рядом с ней? И зачем ему такая серьёзная защита?
— Ваша кузина — та ещё умница, — замечает Дейзи, начиная бегать пальцами по клавиатуре, — раз смогла поменять пароль.
Но паренёк уже исчезает с насиженного местечка и Дейзи шумно выдыхает воздух через рот.
Ну, всякое же бывает, правильно? Люди сейчас — те ещё параноики. Так художник ещё. Может, там миллионные контракты на его полотна?
Но метафорический тумблер с надписью «А Что Если?», расположенный где-то на затылке Дейзи, уже переключается в режим «Вкл».
Она останавливается на секунду, вновь оценивая обстановку и глядя на Ларса, что вовсю обхаживает курьершу.
Ларс. А что, если он и не Ларс вовсе? А его сын? Взламывает ноутбук папаши, покуда его нет, чтобы, ну, порнушки с его платного аккаунта посмотреть?
Дейзи такие вопросы задавать не пристало, потому что она просто делает свою работу. У их компании железные правила и команда оскаленных юристов, поэтому в этом случае будет виноват только клиент. Дейзи — инструмент.
Ноутбук даётся не так легко, но Дейзи, в итоге, побеждает. Пара обходных путей, выученных ею не в самых хороших местах, и вот оно.
Рабочий стол матово-серого цвета, пара иконок — браузер, блокнот. Чистая корзина. Да ещё, прости-господи, это же не макбук, у каких бесстыдно-богатых художников сейчас не макбуки, а винда, куда можно спрятать что угодно и как угодно?
Это точно не ноутбук этого парня. Но кого? В Дейзи загорается дурацкий огонёк любопытства. Но она решает, что тут нужно действовать немного по-другому.
— Оу, — деланно громко восклицает она, — смотрите, кажется, здесь действительно была удалена пара файлов! Так пусто! Не хотите сделать анализ? Проверить, всё ли на месте? Вот, поглядите, — она поворачивает ноутбук в сторону парня и выразительно глядит на него.

+4

10

- Что, уже уходите? – Неподдельно огорчается Деметр, подходя к металлическому косяку двери. Нет, он огорчился бы, даже если курьерша осталась, и даже если бы она оставила номер телефона. В перфекте будет вообще уже быть далеко-далеко отсюда, попивать кампари и валяться на солнечном побережье. Мечты, сослагательные мечты.
Кто же знал, что мадам настолько не переносит оборотней и прочий чудной народец?
Стоило только обронить в так удачно начинавшемся разговоре про свои лунные наклонности, как моментально шатен получил несколько отличную от стандарта реакцию. Такой-то от ворот поворот.
Стандартной она была бы веке в шестнадцатом, когда оборотни, вампиры и призраки были ещё далеки от интеграции в социум. Сжечь, сжечь ведьму, et cetera.
Но сейчас же двадцать первый век, к персонам паранормально одарённым пора бы относиться с пониманием и участием!
Даже не понадобилось звонить в компанию и уточнять по поводу неправильного заказа – баш на баш, у нас нет денег, у вас правильной сортировки; она в такой спешке покидала нехорошую квартирку, что даже не забрала недоеденную нелегальную «Маргариту».
Вам же хуже, мисс Дороти, вам же хуже – думает Янош, глядя вслед на лестничный пролёт. Такие приключения пропускаете.

«Не хотите сделать анализ?»
Его отрывает от задумчивого созерцания подъездной клетки оклик мисс Дейзи. Точно. Ян совсем позабыл в процессе неудачных ухаживаний, что де-юре он непризнанный художник с заклинившим ноутбуком.
- Неееет-нет-нет, погодите, секундочку. – Покрикивает он, пробегая по коридору, в кабинет с работающей мастерицей. – Так всё и должно быть, вы не понимаете. Я люблю порядочек, всё должно быть чииииистенько, - с последним протяжным словом он опять перехватывает ноутбук у врачевательницы душ электронных. Опять это странное амбре - цыган не может удержаться от того, чтобы принюхаться повнимательнее. Поглубже вдохнуть, так сказать.
И может сказать, что обычно от его одежды пахнет так же. И от собак тоже так пахнет. Ой какая непростая мадам, но сейчас не время устраивать разбор полётов и наезжать с вопросом «из какой стаи будешь?».

Так, вернуться к делам, перевести взгляд со что-то явно подозревающего лица на рабочий стол; там оглушающе пусто, не в пример захламленному нетбуку Деметра. Пара иконок браузера, корзина (Янош заходит и туда, будучи в полном отчаянии – пусто), блокнотный файл.
Внутренне собравшись с духом, шатен открывает его. Там какие-то четырехстишия на дьявольском наречии – только прищурившись, он замечает, что это скорее всего native language владельца, норвежский, или что-то типа того. Ничерта непонятно, но цифрами – воришка специально пролистал документик до конца – и не пахло. Бля.
В приступе внутренней тихой истерики он аж присаживается, и дважды клацает по сине-жёлто-красному значку стандартного браузера. Стартовая страница, хоумпейдж – сайт колледжа, в котором преподаёт Хёйм. Вкладка персональных данных преподавателя. Лично цыган не знает этого ёбнутого метросексуала, но внутренне уже ненавидит всей воровской душой за такие меры предосторожности.
Всё то, что он уже видел ранее, такой-то мистер, такая-то должность, он ищет хоть что-то, за что можно зацепиться. Что можно вообще поставить в качестве кода на цифирный ящик? Температуру задницы по Кельвину? День рождения своей собачки? Так вроде нет никаких питомцев.
Тут на глаза ему попадается указанная дата. 08-02-79. Месяц, день, год. Три числа. Три колеса на кейсе.
В душе Яноша возникает смутное сомнение. Да что уж там, у него возникает сомнение, соразмерное с отчаянием утопающего, зацепившегося за догорающую соломинку.

И тут он совершает вторую ошибку, из-за алчности, губящей фраеров. Первая была – оставить нараспашку входную дверь.
Он ставит ноутбук на диван, не позаботившись о закрытии открытой вкладки, на которой можно отчётливо разглядеть даже без очков самодовольную (субъективное мнение обозлённого домушника) физиономию т.н. Ларса Хёйма. И вот если бы они были похожи хоть на грамм! Ну хоть капельку!
И это всё в присутствии постороннего, на минуточку, человека.
Ян бегом срывается в прихожую, ставит запертый чемоданчик на пол, призывно шуршит колёсиками. Нет – и нет, хрен с ним, он забирает всё нарытое с собой, тихо линяет, не оставив после себя ничего, кроме коробки с пиццей и недоумевающей программистки.

Первое. Ноль-восемь. Щёлк.

Второе. Ноль-два. Щёлк.

Третье. Семь-девять. По виску верволка скатывается одинокая холодная капля пота.

И когда вместо недовольного скрежетания кейс издаёт сытое щёлкание, ласково отпирая все защёлки, на душу Деметра снисходит облегчение, сопоставимое только с счастьем Винсента Веги из Криминального Чтива при открытии волшебного чемоданчика. «Мы счастливы, Джулс? Мы счастливы».
- Есть, есть, есть. – Он тычется лбом в металл крышки, словно мантру, повторяя эти слова. На лице – счастливая дебильная улыбка; ну кто же мог подумать, что вы такой скрытный и одновременно такой тупой, мистер Хёйм? Пеняйте теперь только на себя.
И если бы на этом все проблемы хронического невезуна закончились.
В ящике денег не было.
Ну то есть от слова совсем. Не было и золота. И бриллиантов.
Зато было аккуратно уложено в плексигласовые выемки то, от чего по вискам шатена проползли ещё две холодные дорожки пота. Пистолет-пулемет, глядящий коротким рылом на восток, и стандартная пушка с глушителем в отдельной секции. Стволом на запад. Несколько ножей, явно не для чистки лука.
В ящике оказывается двойное дно, и под первым отделением холодно потеющий вор обнаруживает аккуратные коробки боеприпасов.
- Ой. – Говорит он, на автоматизме вынимая тот пистоль, что полегче, вынимая вместе с ним глушитель и укладывая всё это в сумку. Две коробки патронов вслед за украденным.  – Ойойой.
Третья ошибка.
Юноша заходит в ванную, запирается в ней, пускает воду на полную мощность для приглушки звуков, набирает своего знакомого пушера, забираясь с ногами в фаянсовый кювет.
- Алё, Сорен? Сейчас говорить можешь? Я по делу и быстро. Скажи, сможешь пушку загнать? Не знаю какая, принесу - посмотришь. Маслинки тоже есть. Глушак. Ага. А за сколько? Ты что, охуел? Тут товар не с бомжа снятый, я знаю, что говорю. Скоро буду, встречаемся на месте.
Он жмёт отбой, и понимает, что трясётся, как побритый козлик. Who the fuck are you, mr. Hoyem?
Только не говорите, что у всех учителей такая потребность в самообороне.

Отредактировано Janosh Demetre (16-03-2017 20:52:26)

+3

11

Дейзи покорно устремляет взгляд в телефон, покуда ноутбук уплывает во владения хозяина. Она жмёт кнопочки, проверяет почту и Фейсбук, всем своим видом показывая, что ей нет дела до священного содержания внутренностей защищённой больше обычного машинки.
Обычно так оно и происходит. Обычно. Но ситуация-то не совсем нормальная, стоит понять и признать. Тело, рядом сидящее, начинает ёрзать, а потом подскакивает, и молчаливо сваливает куда-то прочь из комнаты. Интересная реакция, отмечает Дейзи, поднимая взгляд, и любопытство приковывает взор программистки к открытой странице браузера. Она упирает подбородок в ладони, лениво бегая взглядом по странице. Колледж. Да ещё и женский, неплохо! Но хорошо, что нам там бывать не доводилось, госпожа Плам.
Преподаватель — мужчина? Фи.
Как-как, простите, зовут преподавателя? Ан нет. Профессора.
— Ларс Хёйм, профессор свободных исскуств… — шёпотом произносит Дейзи, переваривая прочитанное.
Это шутка такая? Мужчина на фото похож на хозяина квартиры ровно настолько, насколько шикарный мерседес последней модели похож на разбитую домашнюю колымагу Дейзи. О, нет, она не сравнивала товарища на фото с мерседесом! Скорее, этот тип был бы кем-то типа фольксвагена… Модненькие такие округлые машинки, в них как раз таким вот, в очочках, и ездить.
Но Дейзи вовремя успела поймать съехавшую в сторону мысль. Переварила её дважды, и вот теперь-то тело, наконец, ответило армией мурашек.
«Что делать-то теперь?»
По лицу Плам расползлась улыбка человека, который понятия не имеет, что происходит.
Она встала — как раз в тот момент, когда Уже-Не-Ларс стремглав забежал в ванную и заперся там, зашумев водой. Дейзи нахмурилась — такой поворот событий точно был из ряда вон.
Она осторожно, словно за ней велась слежка, вышла из комнаты в том же самом направлении, куда отправился якобы хозяин ноутбука.
И немедленно любая вариация выражения «мать моя» застревает где-то в горле кудрявой программистки, ибо перед собой она наблюдает то, что увидеть желала в последнюю очередь, а то и вовсе никогда не хотела (хотела, конечно, особенно после пересмотра классического «Бонда»).
Это же, мать вашу, оружие! Оружие.
Дейзи подходит ближе, пялится во все глаза на некую пушку, прищуривается и понимает, что вторая выемка пуста. Другое орудие смерти у того парня в ванной? Наверное. Не убить ли он решил себя там? Кто знает!
Дейзи зарывает пальцы в волосы и принимается ходить взад-вперед, чтобы сообразить, что же ей предпринять в этой весьма сомнительной для собственной безопасности ситуации. Бежать отсюда, сверкая пятками (вот и дверь открыта, и курьерши уже след простыл, если она сейчас не умирает в ванной от рук сумасшедшего наверняка-не-художника)? Рациональное зерно в этом решении, определенно, есть, но рациональность Дейзи слушает в последнюю очередь.
Ведь запахло жареным. Ведь хозяин этой квартиры, должно быть, и знать не знает, что здесь случилось! Стоит ли его дождаться, чтобы предложить помощь? А заодно намекнуть, что систему стоит защищать прочнее? Или лучше не связываться с товарищами, хранящими оружие у себя дома? Но картины-то на стенах все равно симпатичненькие.
Мысли проносятся в голове Плам со скоростью белок, несущихся стремглав через оживлённую трассу. Она чертыхается, плюёт, и несётся обратно в комнату, за ноутбук. С бешеной скоростью елозит тачпадом и стучит клавишами. Ага, вот оно. Скрытая папка. Пароль, опять пароль! Искать обход будет сложно и тяжело, здесь нужен иной алгоритм, и за минуту его точно не открыть, а тот парень, что в ванной, может успеть ей пробить голову трижды… Значит, надо действовать по старинке.
Дейзи рычит, поднимается, идёт по направлению к ванной и изо всех колотит в дверь:
— Эй, ты! Ты живой там? Кто такой Ларс? Спрашиваю ещё раз — кто такой Ларс, потому это не ты, а если будешь отнекиваться, я вызову полицию прямо сейчас! Мой палец на кнопке экстренного вызова!
Угрожать незнакомцам с оружием? А почему бы и нет?

+3

12

Разговор с пушером определенно чуть умаслил неспокойную душу Деметра, сидящего на бортике ванной и обкусывающего краешек перчатки. Но не успокоил до конца – потому что его потряхивало от активного процесса индукции, к которой от природы импульсивный цыган не был особенно привычен.
И вот что-то его наводило на одну и ту же мысль, неудобно царапавшую мягкие полушария – оружие нужно педагогу не исключительно для самозащиты. Если переводить с сухого юридического на Яношевский, то получалось, что Хёйм – это «злоебучий серийный убийца маньяк потрошитель любитель паштета». И нужно сматывать как можно быстрее, товар перепродавать тоже в кратчайшие сроки, закапываться в ил и как минимум две недели лежать на дне.
Керосина в огонь паники подливает стук в дверь клозета.
«Я вызову полицию прямо сейчас!»
Бля, бля, бля. Шатен глубоко вдыхает, и изо всех сил въёбывает кулаком по крышке стиральной машины, снимая первичное напряжение. Мадам, ну кто вас просил совать нос не в своё дело? Делаете только хуже и без того не ахти какие дела.
Чудовищным усилием воли он активизирует своего внутреннего парламентёра.

- Давайте без лишних телодвижений, хорошо? У вас в руке телефон, у меня всё-таки пистолет. Стоите вы примерно напротив двери, и если даже, не целясь, я жахну – то маслину вы словите быстрее, чем назовёте адрес.
И плевать на то, что толком Ян не разбирается в устройстве огнестрельного оружия, и что патроны вполне возможно могут быть не те. Может быть, пукалка вообще не заряжена. Вопрос в инстинкте самосохранения.
- Я пока что не стреляю, вы пока что никуда не звоните. Я выхожу, мы мирно обсуждаем возникшие у вас вопросы, и прощаемся. Потом можете хоть в НАСА протелефонировать.
Щелчок щеколды, дверь медленно открывается наружу.
Янош предстаёт взгляду бдительной мастерицы с  пушкой наперевес – ствол укоризненно глядит в пол, рука вора подрагивает. Ему действительно не по себе оттого, что он угрожает оружием, но иного выхода просто не остаётся. Деметр медленно делает шаг навстречу.
- Давайте побеседуем.

Он усаживается на софу, внимательно следит за телодвижениями Дейзи, которая точно так же неотрывно бдит за ним. Игра в гляделки.
Пару секунд цыган внутренне мнётся по поводу того, стоит ли врать по поводу имени. Потом думает, какие шансы отследить его перемещения. Сядет ли настырная девица на хвост. Понимает, что пауза неприлично затянулась.
- Моё имя – Марек Козлачевски. Кто такой Ларс Хёйм – понятия не имею, вероятно, преподаватель и попутно любитель пристрелить пару бомжей. И я здесь такими же судьбами, что и вы. Будем считать, что меня попросили помочь вскрыть неподдающийся кейс.

Врёт, глядя прямо в глаза. И не краснеет. Не до правды - живым бы выйти из этого шапито, и не в наручниках жопой кверху.

- Ноутбук не мой, признаю. И ящик тоже не мой. Да и квартира в целом тоже не мне бабушкой завещана. Отсюда проистекает вывод, что я понятия не имел, что там целый арсенал. И поверьте мне, имею не меньшее, чем у вас, желание выйти из этой передряги целым и невредимым. Я получил всё причитающееся, и даже более того. Поэтому вынужден сейчас откланяться. Вы выйдете из квартиры на двадцать минут позже, дадите мне фору, после этого – вызывайте хоть всё отделение. Можете, в принципе, этого и не делать, мне всё равно, я умею бегать быстро и тихо.

Во время возникшей паузы он внимательно прислушивается к шуму на лестничной площадке. В горле образуется сухой ком, оружие в руке нервно снуёт мушкой влево-вправо, туда-сюда. Кто бы ни был этот Хёйм – лично с ним Янош знакомиться не хочет ни при каких обстоятельствах.
Цыган проверяет предохранитель на стволе, переводит его из положения lock down вверх.
На всякий случай.

+3

13

«Господи, ну и идиот» — вертится в голове Дейзи бегущей строкой буквально всё время, покуда она выслушивает угрозы по ту сторону двери ванной, покуда покорно отступает на шажок назад, когда дверь открывается, покуда ей пытаются объясниться, помахивая пистолетиком.
«Идиот, идиот, идиот»
Дейзи воздевает глаза к потолку. Сердечко колотится так, что в ушах отдаёт, но Плам предпочитает оставить всё самое вкусное напоследок. Вот выберется, дойдёт домой, запрётся на кухне, сядет на пол рядом с жареной курочкой и стаканом молочного коктейля прямо из блендера — и вот тогда уж позволит себе и потрястись, и разрыдаться.
Во всяком случае, не всё так плохо. Ну, было бы, будь этот горе-домушник не таким тупым.
Дейзи дослушивает Марека (ага, так я и поверила) до фразы про умения быстро перемещать ногами, коротко, совсем по-девичьи вздыхает, и скрещивает руки. Возвышается, значит, над притомившимся от тяжелого дня воришкой.
— Откуда ты знаешь, что он, — последнее слово она произносит очень выразительно, чтобы не оставалось сомнений в том, кто это такой, этот «он», и почему к этому «ему» стоит отнестись куда серьёзнее, чем просто дать трепака, — не поднимается прямо сейчас по лесенке домой? Ты видел вообще, в какой дом ты забрёл, дурная твоя башка?
Дейзи не выдерживает и, всё-таки, срывается, потому что, ну, в самом деле, нельзя же быть таким дураком! Она говорит быстро, сбивчиво, но очень, очень старается донести до мозгов парня, сидящего перед ней, эту ценную информацию быстрее, чем он неожиданно решит, все-таки, её не послушать и сбежать.
— Во-первых, — она подходит к входной двери и, осторожно выглянув, захлопывает её, — в данный момент мы никуда не идём, потому что, если ты не заметил, домик этот — не из простых. Здесь повсюду — камеры. И жильцу, разумеется, представят всю информацию о том, кто и когда в его квартиру пробирался. Благо, скажи спасибо, что здесь есть я, и я сейчас всё подчищу. А ты, — она тычет пальцем в товарища по несчастью так, словно у него в руках нет никакого пистолета, — берёшь и звонишь в этот самый колледж, а лучше — берёшь визитку и прямо на телефон этого самого Ларса, чтобы удостовериться о его местонахождении. Срочно. Потому что даже если он идёт, он может остановиться для разговора. Понял? Телефоном, конечно, пользоваться больше нельзя будет.
Дейзи сама не понимает, откуда в ней берётся столько смелости. До этого дня она мечтать только могла о таком. Мечтать. Но, не время для самокопания! Программистка бросает на воришку ещё один глубоко укоряющий взгляд и чуть ли не галопом несётся к ноутбуку.
— Не думай, что я делаю тебе такое уж большое одолжение! Ты меня сюда впутал, я вот не очень хочу, чтобы за мной охотился какой-то псих с автоматом! — Она щурится (глаза начинают болеть после долгого дня, даже несмотря на то, что ты теперь оборотень) в экран, сопит.
Наконец, нужное окно открывается.
— Видишь? Камеры! Камеры кругом. Придётся уничтожить все записи за этот день, это можно легко свалить на ошибку системы, — тоном знатока говорит она. — И, возможно, отключить электричество во всём здании, но мы не успеем, не успеем, — она огорчительно качает головой. Звонишь? Ставь на громкую связь, я хочу знать, о чём вы будете говорить!

+3

14

Взгляд домушника отлипает от нервной дистанции пол-коридор-пол-коридор, и медленно поднимается на негодующую девицу, которая буквально мечет молнии, насколько это возможно.
Это всё происходит в реальности?
Янош не может воспринимать её серьёзно, ну при всём желании, у неё такой милый вид, особенно когда она сердится, но вот именно от гневной тирады у него появляется ощущение, что он, будучи псиной, накакал на коврик в прихожей, и теперь его лупят по носу газеткой.
Глупый, глупый цыганёнок еле вылез из пелёнок.
К вопросу о реальности – будь это обрыдлая и скучная вселенная, то сейчас бы дамочка истерила и вызывала полицию, а он уже убегал бы со всех ног, путаясь в чужом квартале и пыхтя, как загнанный в угол джунгарский хомячок.
А она, ишь ты, закрывает дверь, откладывает телефон, и даже излагает план развития событий, который выгодно логически отличается от Деметровского «включить съебатор в надежде что никто ничего не заметит».
Его точно занесло не в тот мир во время сидения в ванной. Шатен, оскалившись по привычке, трёт виски, прикрыв глаза. Проснись, ты бредишь.
- Погоди. – Вор соскальзывает на привычное амикошонство, убирает пистолет в баул. – Не мельтеши, ладно? Говори медленно и понятно. Для тупых.

Камеры?
Цыган громко сопит. У него уже не осталось слов для описывания глубины задницы, в которую он попал. Причём можно было бы элементарно отказаться от взлома – но нет же, понесла нелёгкая в жажде простой наживы. Адреналиновая волна внезапно схлынула, оставив после себя только горький привкус полного пиздеца и внезапной усталости. Сейчас бы бургер и виски-колу, а не вот это вот всё.
- Странно, что нет охраны и консьержа. – Реагирует Янош, его слова тонут в указующем монологе Дейзи.
Господи помилуй, как будто он хочет, чтоб за ним бегали всякие разные нехорошие личности, вооружённые до зубов. Именно поэтому он внимательно слушает и даже не пытается возникать.
- Ну, по лестнице он не идёт хотя бы потому, что мы ещё живы. – Резонно замечает юноша не без иронии в голосе.
И судя по боевитой интонации чаюри, она настроена куда более серьёзно, чем он. Ты один звонить боялся! И не умывался тоже.
После очередного поражения на рабочем фронте Фортуна одаривает домушника поглаживанием по головке; Дейзи шарит. Самый настоящий hackerman. И может даже стереть записи с камер за текущий день. За ним самая малость – позвонить потенциальному убийце неустановленных лиц, вежливо и анонимно с ним пообщаться на громкой связи, а потом сделать выводы и выкинуть телефон в окошко.
Стоп, что.

- Ты понимаешь, что это самоубийственная акция? – Поднимается на волне благородного гнева почти что перекипевший цыган. Пальцы сложены в типичном итальянском жесте «белиссимо», троеперстием.
– Тебя-то в любом случае не порешают, тапком прикинешься, мол, ничего не знаю, позвонили и попросили, а меня найдут и скорее всего притопят на дне Лейк-Джорджа.
Он ведом волной неконтролируемой ярости; хочется домой, продать пистолет, пыхнуть и поспать, а тут надо конкретно рисковать собственной драгоценной задницей.
Вдохнули, успокоились. Баш на баш, опять же – тебя затирают на камерах слежения, а ты обеспечиваешь операции «слабоумие и отвага» достойное завершение.
- Ладно, забей. Мэ ту мангав, простине ман. – Морщится от собственного минутного эгоизма свеженареченный Марек. Сам влез, сам и расхлёбывай, всё правильно. – Сейчас всё будет в лучшем виде.
Очень жаль собственный смартфон, он как ветеран войны во Вьетнаме, такой же старенький и верный, но принципами Деметр не поступается. Что дороже, в конце концов; собственная жопа или кусок пластика?
Он открывает меню набора, вначале набирает номер колледжа. Чтобы просто удостовериться, ни о какой трусости речи и быть не может.
- Алло, здравствуйте. Барнардский Колледж, администрация? Могу я поинтересоваться, - шатен косится на визитку – мистер Хёйм ещё на месте? Я сессию не досдал, необходимо занести работы. Ах, уже уехал? Жаль, очень жаль. Спасибо, извините за беспокойство.
Он жмёт кнопочку отбоя. Плохи ваши дела, товарищ призывник. Домушник красноречиво смотрит на Дейзи, поднимает брови. Опускает долу взгляд, опять тычется в циферки пальцем. Контрольный в голову. Громкая связь.
Каждый гудок отзывается где-то в реберной дуге, заставляя Яноша нервно икнуть. Чтобы лишний раз не позориться, он отворачивается к открытому окну, оставляя телефон на столе.

- Алло.
Гладковыбритый доброжелательный голос немного выбивает из привычной колеи. Цыган выдыхает, и скороговоркой офисного сотрудника выпаливает:
- Здравствуйте. Вас беспокоит компания «Merde de la coccinelle», вы у нас в базе, как потенциальный клиент записаны. Ваш телефончик дали. Говорить сейчас можете?
Он старательно вслушивается в звуки, исходящие из динамика, молит дать подсказку, ну хоть что-то, за что можно зацепиться. Слышны звуки исправно работающего мотора, шума улицы, автомобильные сигналы. Он в пути.
- Да, конечно.
Бля, бля, бля. Надо как-то изворачиваться, потому что кроме стандартного отступления от канонного прощания Янош больше ничего не придумал.
- Аааага, сейчас заполним анкетку. Пользовались ли вы нашими услугами ранее? Если да, то устраивает ли вас наш сервис?
- А. – Мужчина кажется немного сбитым с панталыку; ещё бы, не каждый день тебе звонит ОАО «Говно божьей коровки». – Нет, не доводилось.
Ян не дожидается логичного встречного вопроса «а чем ваша компания занимается и кто вам дал мой телефон», смято прощается:
- Спасибо за участие в опросе, всего доброго. Настоятельно рекомендуем стать нашим постоянным клиентом и принимать участие в регулярных акциях!
И жмёт на отбой, импульсивно выкидывая телефон в окно. Господи, какая долбоебическая импровизация. Выразительный взгляд фиксируется на Дэйзи.
- Он едет. Времени у нас – минут семь-десять от силы. Два по сто, танцуем, курим и уходим. В темпе вальса, мисс.
Сам цыган срывается убирать кейс под кровать, запирая его так, как и было в начале начал.

Отредактировано Janosh Demetre (17-03-2017 21:37:09)

+3

15

Товарищ-вор неожиданно честно исполняет часть его плана, и Дейзи, где-то в перерыве между попытками разобраться, не сохраняется ли информация с камер на ещё какой-нибудь сторонний сервер, даже успевает удивиться. 

Ага, так точно. Звуки шоссе слышит и Дейзи, и беспокойство тугим клубком сворачивается внутри неё, где-то между грудью и животом. Он очень-очень-очень скоро будет на месте, как благородно замечает Марек. Последние удары по клавиатуре — и их грустные лица навсегда стёрты с места преступления.

Боже мой, Дейзи, ты не преступница, нет-нет.

— Стой-стой-стой-стой, — она подскакивает вслед за воришкой, поскальзывается, но умудряется сохранить равновесие, размахивает руками, — ты что, прямо вот так всё и оставишь? Ты что?

Она несётся на кухню и, спустя каких-то пятнадцать секунд шумно открывающихся шкафчиков, возвращается с тряпками и двумя бутылями-распылытелями, наполненными жидкостью кислотно-синего цвета. Всовывает бутыль и тряпку Мареку, даже не разобравшись, успел он подхватить её, или нет.

— В общем, сейчас, ты, будешь, заметать, то, есть, зачищать, следы, быстро, быстро, оттирай везде, где, ты, что, лапал, тут, — Дейзи чувствует, как слова вылетают у неё изо рта по одному, она запыхалась, испугана, в висках стучит, времени на самом деле очень мало. Но бесполезные ранее знания о проникновении в чужие дома (ради благого дела, расследования чрезвычайных дел и вершения закона и порядка) теперь пригождаются ей в полной мере. Но ведь здесь определённо живёт не то, чтобы очень хороший человек. Хорошим людям не нужно оружие, ведь так?

Она вытирает ноутбук, столешницу, пробегается по дверным ручкам, оглядывает квартирку, забегает в ванную, чтобы вымыть руки:

— ТЫ СОВСЕМ ИДИОТ, СОВСЕМ ИДИОТ, ЗАЧЕМ ТЫ, ЗАЧЕМ ТЫ ЭТО СДЕЛАЛ, — крик такой громкий, что Дейзи спохватывается, что её, ну, могут услышать соседи. Маленькая девочка орёт в квартире взрослого преподавателя искусств. Не иначе, как обсуждают влияние Микеланджело на эпоху возрождения. Ну и кто тут интеллектуально обделённый, мисс Плам?

Но узор из пены агрессивно стирается, руки моются, средства для уничтожения улик складируются туда, откуда были взяты — потрачено четыре минуты. Ну, или четыре с половиной. Или даже все пять. Очень много, в общем.

— Ну, что? — она заглядывает в лицо прохиндею-незнакомцу, надеясь увидеть там то ли крохи раскаяния, то ли (слабенькая надежда) попытку объяснить, что это всё — ложь, обман, шутка плохая. Что всё не так уж и плохо. Но ей сейчас просто нужно знать, что у них есть время и возможность сбежать отсюда.

— Давай, теперь твоя очередь придумывать. — Она хватается чемоданчика — чуть не забыла. И всё это время не сводит глаз с Марека. Кто бы ты ни был, ты меня сюда завёл, ты меня отсюда и вытащишь.

+3

16

Цыган опять выдыхает в первый раз за пять минут, так резко, будто ему только что хорошенько врезали под дых; его дурья башка, ухом прижавшаяся к двери, навсегда стёрта с планок памяти. И от уничтожения этой главы истории ему дышится даже легче, чем от развала концлагерей его предкам.
Паника Дейзи кажется ему немного несвоевременной; как же так, всё самое плохое позади, а тут тебе вручают тряпку и говорят наспех вытирать все поверхности, которых касалась твоя задница. Он роняет скользкую бутылку с мистером Пропером на этикетке, протяжно смотрит вслед белочке-без-колеса.
Пора бы мобилизоваться. На внутреннем табло громко щёлкают неоновые цифры обратного отсчёта. Четыре минуты пятьдесят четыре секунды.
Мадам, я в перчатках, вы куда звоните – невербально вертит у виска пальцем Деметр, но тем не менее, по плоскостям стола для порядка хлоркой проходится. Сохнуть это всё будет гораздо дольше, чем если бы они всё оставили, как есть – проносится запоздалой курицей по извилинам мысль.
Четыре минуты пять секунд.

Не тратя лишних слов на объяснение плана отступления, (через дверь выйти не получится, камеры, Ватсон, элементарно) он задирает оконную раму неприлично высоко, высовывается в проём чуть ли не по пояс, вертит башкой по сторонам; очень кстати сбоку обнаруживается две высокие трубы, ведущие чуть ли не на самую крышу. По низу проходит едва выступающий кирпичный карниз, дань архитектурной прихоти зодчего.
Достаточно для того, чтобы поставить носок. Дальше уже дело техники. От подоконника дойти до трубы, покряхтывая, по стеночке соскользнуть вниз. Руками за коллектор, ногами по кирпичу. С этим справится не только он, многократно смывавшийся с места преступления таким образом, но и мастерица компьютеров – высоты тут почти что нет, плёвое дело.
И от крика из ванной шатен чуть не вываливается в окно, одновременно порываясь убежать и достать ствол. Кричит Дэйзи так, что ему на какой-то момент показалось, что вернулся владелец квартиры и уже расчехлил свой личный револьвер. (У каждого серийного убийцы должен быть револьвер под полой пиджака.)
Янош прислушивается к выкрикиваемой риторике, и его сковывает невероятный приступ гоготания, на глазах выступают истеричные слёзы, вор складывается пополам; шалость удалась, и даже более чем. Никогда такого искреннего возмущения от базального наброска лингама Деметру видеть не удавалось.
Три минуты.

Он аккуратно изымает чемоданчик у волнующейся девушки, укладывает в бездонное нутро наплечной сумки.
- Не волнуйся, позже верну. Честное бойскаутское.
Подводит её к окну, аккуратно указывает на выступ карниза.
- Без паники, прошу. Здесь невысоко. Значит, сейчас аккуратно перелезаем через подоконник, держимся ручками вот здесь.
Дурная башка покоя ногам не даёт; всё это цыган проворачивает на собственном примере, дальнейшие инструкции выдавая будучи уже по ту сторону квартиры. Интонация его задорна, как у пионервожатого, показывающего какой-то фокус малышне.
- Подходим к вот этой трубе, молимся Кришне, Будде и Аллаху на предмет её цельности, и потихонечку спускаемся. Не смотрим вниз.
Инструктаж затягивается; минута тридцать секунд. Где-то в воображении Яноша уже скрипят колодки тормозов машины.
Он быстро и оперативно даже не шагает по кирпичной кладке – соскальзывает, призывно смотрит на кучеряшку снизу; давай, времени в обрез.
Одновременно с этим внутри натягиваются до предела фобические жилы: что, если запаникует и упадёт?
«Я обязательно её поймаю», обещает себе цыган. И на этот раз - не обманет.

Отредактировано Janosh Demetre (18-03-2017 19:57:02)

+2

17

Дейзи старается слушать очень внимательно, но выходит с трудом. Возможно, потому что её мысли принимаются назойливо кружить вокруг брата. Почувствовал ли он, что с ней что-то стряслось? Тогда бы он позвонил. А телефон молчит (она нащупывает его в кармане, удостоверившись, что не оставила где-то в этой дьявольской квартирке).  А если с ней что-то и вправду стрясётся? И положение она не спасёт, и воздастся ей по самое не хочу за это всё, и на одного близнеца Плам станет поменьше?
Она частенько представляла, как оказывается в подобной ситуации, сидя в своём секретном штабе, со стенами, обклеенными газетными вырезками, фотографиями, картами, где есть всякая классная техника и где мечтается очень хорошо. Но в реальности всё выходит как-то не так весело. Сейчас Дейзи кажется, что она страшно глупая, что упустила уйму важных вещей, и что её теперь обязательно найдут, и тогда ей мало не покажется.
Ей остаётся только кивать и делать вид, что она контролирует ситуацию. Да, вот сейчас она спрыгнет следом за чудаком и всё будет хорошо, ведь у него её чемоданчик, а если она его потеряет, то штраф будет — мама не горюй, а ей и так сегодня досталось от полицейского, господи, Дейзи, как ты вообще можешь думать о том, что произошло целую вечность назад.
Звонит телефон. Она чувствует вибрацию в кармане телефона, и знает, что через секунду раздастся пронзительная трель.
А ещё она слышит, как к двери кто-то подходит. Ну, как «кто-то. Вариантов здесь не так уж и много. Если, конечно, на эту квартиру сегодня не свалилась эпидемия домушников.
Господи, почему он так быстр? До него что, дошло? Или он просто любит бегать по лестницам?
Далее всё развивается так медленно, что Дейзи Из Прошлого, смотрящая документалки, в которых люди, оказавшиеся в чрезвычайно стрессовой ситуации, обязательно говорят, мол, «и всё вокруг словно замерло», «я двигался, как в тумане», «время текло, как кисель» и проч. и проч. никогда не впечатляли её, и ей казалось, что это какое-то замыленное клише, застрявшая в зубах метафора и всё такое. О, мисс Плам, вы никогда не были настолько неправы! Пересмотрите свои взгляды на кинематограф, если останетесь живы!
Она медленно-медленно оборачивается на дверь. Ещё закрыта. Медленно-медленно залезает на подоконник, смотрит вниз — на неё смотрит тот-парень-как-его-зовут-господи-какая-разница-вообще-вдруг-его-и-вовсе-не-существует-дейзи-возможно-ты-спишь. Далее она стремительно спрыгивает — слишком стремительно — очухивается уже на карнизе (совсем нет времени, господи, он, должно быть, уже зашёл, а какая у него реакция, одному Богу Пистолетов В Кейсах ведомо), затем — чудом оказывается на трубе (ох, Дейзи, ну, разумеется, ты смогла, ты же оборотень, твоя реакция теперь немного быстрее реакции обычного человека, ты ни разу не попадала в аварии, но регулярно пропускаешь красный, потому что любишь жрать, какая же ты дура, Дейзи), спускается. Спускается-спускается-спускается тысячу лет, три тысячи лет, четыре тысячи лет, носки касаются земли, она бросает взгляд на того-парня-боже-его-имя-ничего-не-помню и немедленно ускользает, потому что стоять на одном месте сейчас — это уже привилегия.
«Мне уже не страшно я просто хочу убежать отсюда нет мне страшно или это адреналин нет мне супер классно хочу повторить ещё раз как-нибудь в пятницу» — это всё успевает прочитаться в коротком зрительном контакте с программисткой, что немедленно рвёт когти, и не куда-нибудь — а в сторону своего фургона. Попробуем вспомнить какие-нибудь дыхательные упражнения, а то ты сейчас умрёшь.
Ей хватает внимания заметить, что рядом с фургоном обнаруживается автомобиль — припаркован напротив подъезда, где обычно оставляют свой транспорт гости и всё такое (умоляет себя запомнить этот номер, чтобы потом проверить) — неужели, если это его машина, он позволил себе не припарковать её на какой-нибудь частной стояночке и тут же рвануть домой? Господи, да кто он вообще такой? Как он вообще понял? По одному звонку? И его ли это машина? Дейзи, перестань сгущать краски, паранойе здесь не место.
Она запрыгивает в фургон и высовывается из окна, мол, ты своим ходом побежишь, дружище, или как? Заводит и медленно трогается с места, давая долю секунды на размышление.

+2

18

Unpause.
Play.
Яношу долго раздумывать просто физически некогда; в данном разрезе происходящего на экране собачьи инстинкты «погнаться за машиной» внезапно всплывают на поверхность сознания, и он просто запрыгивает на ходу в приоткрытый фургон. Захлопывает дверцу так громко, что кажется, слышно на весь двор. Стартер неистово скрипит, как в сцене машинной погони за каким-нибудь фильмовым злодеем.
Забавно осознавать, что в данном контексте гении криминалитета именно они.
Долбоёб-ворюга и фрик-программистка. Угроза мирному населению на ваших экранах этим вечером.
Только вот почему-то Яношу абсолютно не смешно; он не находит в себе сил, даже чтобы выдавить банальную улыбку. Выходит очень бледно и запуганно – демонстрация зубов через силу. Деметр видит себя в боковом зеркале, прекращает изображать оптимизм.

Remote: two minutes back.
Слава богу, никто не сверзился.
Он видит, как Дэйзи спускается вниз по трубе; ловко и аккуратно. За технику он поставил бы шесть баллов, за артистизм – пять. Неподдельные тревожные скобки мимических морщин на лице портят номер, это определённо. У него больше не остаётся сомнений в паранормальной принадлежности гражданки, но спросить он, конечно, спросит.
Если до обеда доживёт.
Она проносится мимо цыгана со скоростью метеора, задержав взгляд на партнёре по преступлению ровно на полторы секунды. Ян может почувствовать, как в сознание девушки впечатывается с каждым моментом всё глубже и глубже та самая, первобытная паника: «что же мы наделали что же мы натворили».
То самое, и не надо оправдываться перед самим собой. Куда ж так проворно, армянка младая? У меня ваш чемоданчик, не забыли?

Forward.
Stop.
Юноша достаёт из увесистого баула чемодан с инструментарием, кидает на заднее сиденье фургончика компьютерной компании. Разрешает себе выпрямить ноги, чуть откинуться назад, пока они едут в неизвестном направлении. Избегает смотреть на Дэйзи – вместо этого достаёт из нагрудного кармана кожанки сигаретку, прикуривает. Открывает окно так, чтоб дым сдувало наружу.
- Сбавь скорость, бога ради, не по автобану едешь.
В самом деле; трак несётся так, что кузов чуть заносит на внезапных поворотах, и названия прилежащих улиц невозможно рассмотреть из-за набранных оборотов двигателя. Если сейчас приебутся полицейские, а с таким-то дрифтом они приебутся, то попросят документы, зададут кучу ненужных вопросов, отнимут времени вагон и маленькую тележку – а у парочки, ввязавшейся в серьёзное дерьмо, не было даже лишней минутки.
- Сверни вот здесь, поедем дворами, я скажу, куда. В городе твоя колымага слишком заметна.
Это цыган роняет, покусывая фильтр, на случай погони. Каковы шансы того, что мистер Хёйм оперативно высунулся в окно или банально услышал визг шин? Вычислил, потому что он супергениальный маньяк-убийца? Такая версия имеет право на существование, и на волне остаточного страха шатен думает, что в какой-то момент услышит сирену копов.
За ними вышлют боевой вертолёт, интересно? Покажут в новостях?
Чтобы выглядеть в телевизионных сводках на высоте, он достаёт из кармашка сумки солнечные очки, надевает, заглаживает встрёпанные вихры назад.
- Ты же оборотень, да?
Такой вопрос не может считаться беспардонным, особенно сейчас. Брось, мы только что обчистили кого-то, кто любит рыбные консервы и засовывать в рот жертве дуло пистолета, взломали систему безопасности, так что не время играть в смущение. Член на зеркале куда критичнее.
- Я это сразу понял. Расслабься, я тоже типа того. Только превращаюсь не в волка, а в копытное и ночами подрабатываю в местном цирке говорящим конём. «Милая девочка, ты бы знала, как нас тут пиздят!»
Янош коротко и невесело всхохатывает; его пробивает на посттравматический неостановимый пиздёж.
- Сейчас налево, впереди постовые.

+1

19

— Угу, — Дейзи поворачивает и резко сбрасывает скорость, фургончик трясёт, а водительница чуть было не припечатывается лицом к рулю, но удерживается, сдувает со лба кудряшку, — оборотень. И ты тоже, ага? Ага.
Ага.
Сейчас сосуществование с ещё одним представителем родственного вида как-то не удивляет. И даже не хочется задавать вопросы, мол, эй, парень, как, готов к полнолунию? Созвонимся, побегаем?
Она мысленно благодарит коллегу по несчастью (учинителя несчастья, если выражаться точнее, но сейчас — не до этого) за то, что напоминает ей, что можно уже гнать, потому как ей всё ещё кажется, что за ними сейчас начнётся погоня. Нет, не полиция, а тот самый злодей с модной причёской оседлает машину и рванёт за ними, невзирая на возможный срыв покровов и тщательно продуманного прикрытия.
Кто он? Что он? Почему он? Эти вопросы и не думают покидать буйную головушку девицы. Она держится за руль так крепко, что белеют пальцы, но это придаёт ей какой-то уверенности. Вот, Дейзи, смотри, мы справились, мы сбежали, мы даже живы (пока что), чемоданчик и все твои части тела — на месте. Всё хорошо. Сейчас ты высадишь этого паренька и поедешь своей дорогой. И на этом история подойдёт к завершению.
— Я почти поверила, вот правда, — и это на самом деле так. Ну, раз волки есть, чего не быть лошадям? Или там, летучим мышам, всё такое. Мир так сложен, странен и непостоянен, случиться может, что угодно. Вот, как сейчас, например: парнишка может делать вид, что держит ситуацию под контролем, прячась за солнечными очками. Дейзи бы они тоже сейчас не помешали.
Дейзи кивает, послушно сворачивает, потому что ей думается, что этот тип уж точно знает про дворы Нью-Йорка лучше, чем она сама. Дейзи привыкла доверять коммуникатору, Дейзи — дитя прогресса и телевидения.
— А ты, я понимаю, вор? — такие попытки поддержать непринуждённую беседу, — вламываешься, крадёшь, заставляешь девочек сигать из окон, романтика! Как много в Нью-Йорке опасных маньяков, к которым ты успел заглянуть?
Последняя фраза звучит ну очень уж иронично, но Дейзи не сдерживается. И даже улыбается, потому что ситуация эта — ага, начинает доходить — абсурдна до коликов.

+1

20

Улыбка на лице Яноша является отражением той, что медленно появляется на лице мисс Дэйзи.
Отчего-то он упорно продолжает звать её «мисс» в голове – возможно, это оттого, что сейчас по сравнению с её серьёзностью и ответственностью он просто подросток, не справившийся с управлением.
Вот, видите, до вас начинает доходить весь абсурдизм ситуации, и разве ж это не смешно?

- Ну зачем же так грубо. – Ответствует домушник, стряхивая пепел на металлическую окантовку окна. – Я разве похож на уголовника с кички? Так, робингудствую помаленьку, отщипываю кусочки от богатых, передаю их бедствующим в лице меня.
«Как много в Нью-Йорке опасных маньяков, к которым ты успел заглянуть?»
Ухмылка из солнечно-невинной становится несколько нервозной.
- Счёт открыт, это первый. Конечно, лучше было бы попасть к человеку, который коллекционирует золотые слитки замест оружия, но, как бы – цыган коротко и как бы шутя пожимает плечами в горестном жесте – Если бы я всегда мог угадать, что будет в квартире, было бы мне полное бахтало и сметана. Подбросите на Дюка Эллингтона? 
Впереди арка выезда из жилого квартала.
- Остановись в тени, подожди пару минут. Безотказный манёвр, я в кино видел.
Естественно, не всё, что подсмотрено в синеме, может оправданно применяться на практике, но отчего-то цыган уверен, что если они из крадущегося тигра превратятся в затаившегося дракона – преследователь (потенциальный) пройдёт мимо.
- Надеюсь, ему понравится Маргарита. – Хмыкает Деметр, внимательно смотря на проезжую часть – не мелькнёт ли где подозрительная машина. Он не успел рассмотреть модель моторова возидла, принадлежащего Хёйму, но уверен, что машина будет крайне подозрительной.
Ну, или Дэйзи среагирует раньше.
- Вот сейчас потихонечку можно выезжать.

Когда сквозь лобовое стекло становятся видны очертания знакомой улочки, вор внутренне мобилизуется. Высматривает Сорена сквозь прозрачные витрины забегаловок. Есть нерешенные дела, и, несмотря на весь травматичный опыт пережитого, нужно соблюдать договорённости.
- Пожалуй, здесь сойду. Дальше сам. – Вежливо останавливает программистку вор.
Перед тем, как выскочить из машины подобно чёртику из коробки, он хочет ещё что-то сказать.
- Спасибо, наверное. За всё. И прости, что так вышло. Всегда всё идёт не по плану, верно?
Он не очень весело усмехается.
- Я понимаю, это было бесплатным трудом, но кое-что всё-таки возьми.
С запястья цыгана соскальзывает кожано-плетёная ленточка, ложится в ладонь Дэйзи.
- Вот. Самый мой удачливый талисман. Никогда не подводил… ну кроме сегодняшнего дня. Ещё увидимся, под луной-то мир тесен. Бывай.
Ладонь юноши на мгновение дольше задерживается на руке партнёрши по преступлению, чем нужно. Однократно сжимается.
Деметр выскальзывает из машины, стараясь не оглядываться на фургончик программистки, делает попытку затеряться в разношёрстной толпе. Он не верит в свои слова, не знает, встретятся ли они ещё, но отчего-то запомнит мадам Кучеряшку надолго.

+1

21

На какой-то маленький, очень короткий миг в голове Дейзи заговаривает тонкий-тонкий, мерзкий, дурашливый голосок:
«А давай ты сейчас заблокируешь двери и увезёшь его в какой-нибудь полицейский участок, а? Ты же здесь жертва, ну, жертва же, ты не виновата, и тебя даже не уволят с работы и, может быть, наградят»
Голосок этот люди обычно называют «совесть». Дейзи коротко дёргает головой, вытрясывая последние остатки глупых навязчивых идей (у него оружие, ты сдурела? Какая ещё награда, ты чего? Тебя-то выпустят, а потом на квартиру того мужика случится облава, он их все убьёт (ну, как же ему всех не убить), а потом по твою душеньку придёт. И по Ленни тоже).
В этой мысленной ситуации Дейзи, отчего-то, было жальче всего именно Ленни. Сама виновата и всё такое. Отныне она всегда будет проверять документы клиентов. Правда-правда.
Но вместо всего вышеперечисленного Дейзи лишь пожимает плечами и решает ещё немного поработать бесплатной таксисткой. В голове стоит какой-то странный шум, Дейзи начинает казаться, что всё из пережитого за день случилось не в этой реальности. Или не случалось вообще. Если бы её звали Алиса, то шуток про попадание незнамо куда может было бы насобирать куда больше. А так — Дейзи. Дейзи-Дейзи, дурочка Дейзи.
— Ох. — Как вообще реагировать на «спасибо» от того, кто кашу заварил? Но, отчего-то, Дейзи не чувствует злобы или того противненького ощущения, что возникает, когда смотришь какие-нибудь криминальные сводки, по которым рассказывается про страшлых и ужаслых мародёров, грабителей и т.д. Или ей попалась какая-то лайт-версия. А от главного босса она успела удрать.
— Да не за что. Но рекомендую воздержаться от впутывания девочек в разного рода глупости, — Дейзи не может не поучать, потому что она, ну, Дейзи. Такой вот уродилась.
Она смотрит на ленточку, оказавшуюся в её руке, бормочет что-то неловкое вроде «ага, увидимся», покуда ей жмут ручку, и, наконец, остаётся в машине одна. Пытается найти взглядом товарища-воришку в толпе, но тот, видать, дело своё знает.
Возникает то странное ощущение, когда кажется, что всё вот-вот должно измениться. Что Дейзи провалилась в кроличью норку и будет падать до тех пор, покуда не найдёт ответы на все вопросы. Да и где же их искать?
В следующую же секунду звонит телефон, Дейзи берёт трубку, не глядя, потому что прекрасно в курсе, кому она может быть нужна:
— Привет-привет, нет, нет, потому что, ну, ага, клиент попался тугодум тот ещё, покуда объяснила, знаешь, — говорит она бодро, нараспев, и Ленни на том конце, кажется, даже верит, — в общем, от этих взрослых дураков, не умеющих обращаться со своими компьютерами, одни беды. А ты как? О, супер, новый рецепт? Жди меня, ничего не трогай, жди, я приеду и всё съем. И тебе не оставлю. Точно.  И никуда не выходи. Пожалуйста. Сиди дома. Тут, говорят, какой-то маньяк завёлся в округе. Господи, нет, на этот раз я точно не выдумываю.
В этот вечер Дейзи всё равно будет слишком рассеянной, и слишком рано уйдёт спать, проговорившись Ленни о том, что ей сегодня выписали штраф.

0


Вы здесь » CR » X FILES » Remedial Chaos Theory


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC